Курсы валют
77.78
91.56

Антидепрессанты для российского бизнеса: ждет ли Россию стагфляция

Материал размещен печатным изданием "Деловая Газета. Юг"
28.09.2020 10:23
Эксперты рассказали «Деловой газете.Юг» о возможных для России последствиях экономического спада, вызванного вспышкой коронавируса
Читайте нас на Яндекс.Новости

В условиях мировой экономической турбулентности призрак стагфляции, замаячивший на горизонте, для России может стать суровой реальностью. Малому и среднему бизнесу в такой ситуации, скорее всего, придется выкручиваться самостоятельно и искать новые точки роста.

В экономической науке под термином «стагфляция» понимают такую ситуацию в стране, при которой сравнительно высокие темпы инфляции сопровождаются депрессивным положением экономики или нулевым экономическим ростом — стагнацией. В этот период растет безработица и заметно снижается потребительский спрос на многие группы товаров. В сфере бизнеса во время стагнации понижается инвестиционная активность и сокращается деловая активность. Пока такого явления в мировой экономике не наблюдается. 

Но есть серьезные предпосылки для начала этого процесса. Несомненным аргументом в пользу разгона темпов инфляции по всему миру старший риск-менеджер инвестиционной компании «Алго Капитал» Виталий Манжос считает достаточно масштабные меры по поддержке экономики в США и странах ЕС. В то же время экономический спад, вызванный вспышкой коронавируса, пока оказался не столь масштабным, как прогнозировалось ранее. В частности, Китай достаточно успешно преодолевает весеннее сокращение объемов производства и экспорта. Теперь многое будет зависеть от того, сумеет ли экономика Евросоюза и США приблизиться к тому состоянию, в котором она находилась в начале 2020 года.

Правительства сработали превентивно

«Если говорить о мировой экономике, то вероятность долгосрочной стагфляции довольно мала, — комментирует старший аналитик УК «Система Капитал» Андрей Ушаков. — Локомотивами роста сегодня выступают экономики Азиатского региона, где потенциала роста хватит еще на долгие годы. Что касается крупных игроков, то основные опасения могут вызывать США и Европа, но это лишь на первый взгляд. В действительности самым плохим вариантом для развитых стран является приход к японскому сценарию — инфляции и росту ВВП в районе 1 %».

«Стагфляция в классическом понимании, когда безработица приводит к падению спроса на товары и услуги, а бизнес начинает поднимать цены, чтобы хотя бы этим компенсировать свои издержки на производство, заработные платы и другие расходы, сейчас маловероятна, — соглашается аналитик компании «Фридом Финанс» Евгений Миронюк. — И не только потому, что правительства стали применять превентивные меры, но и потому, что глобализация и технологическое развитие привели к высокому уровню конкуренции почти во всех товарных нишах. Чем больше страна с развитой экономикой и достаточным уровнем финансовой устойчивости и кредитоспособности интегрирована в глобальные процессы, тем меньше вероятность быстрого проявления инфляционных процессов, даже если проявляется стагнация или рецессия. Скорее, наоборот, низкий спрос начинает грозить дефляцией. В текущей ситуации индекс потребительских цен остается подавленным из-за ограничений в сфере международного авиасообщения, услуг, слабого импорта, относительно низкой стоимости энергоносителей, ограниченных мер поддержки экономики в ряде стран».

Падающие подтолкнут и Россию

В России вероятность стагфляции достаточно высока, считает председатель комиссии по экономике Общественной палаты Краснодарского края доктор экономических наук, профессор Александр Полиди. Однако есть факторы, которые могли бы сыграть против нее. Это государственные расходы и экспорт. Но сегодня, когда снижаются доходы в экономике (стагнация бизнеса, недобор налогов), а спрос на энергоносители сокращается из-за снижения удельной энергоемкости мирового продукта, оба этих фактора становятся проблемными. Фактор же потребительских расходов, который был двигателем экономического роста в течение последних почти 20 лет, уже отыгран. Доходы населения стагнируют, и низкий потребительский спрос не является стимулом роста для экономики. Не играет сегодня стимулирующей роли и фактор частных инвестиций. В России инвестиционный климат по сравнению с другими странами остается, мягко говоря, неконкурентоспособным — из-за силового давления, избыточной зарегулированности экономики и высокой доли в ней государства. 

Как бы то ни было, падение мировой экономики в любом случае сильно ударит по России. Наша страна является экспортером различных ресурсов, спрос и цены на которые упадут, отмечает Андрей Ушаков. Снижение цен на нефть и газ уже привело к тому, что в последние годы реальные доходы населения сокращаются, а ухудшение ситуации лишь усугубит эти процессы. Несмотря на массовые вливания ликвидности со стороны мировых центробанков, это слабо сказывается на реальном потреблении, так как деньги идут на фондовые рынки. Отсюда и слабое влияние на инфляцию. В тех же США и Европе власти никак не могут выйти на целевые уровни.

«Надо понимать, что российский рубль остается региональной сырьевой валютой, которая сохраняет долгосрочную тенденцию к ослаблению по отношению к доллару США и евро, — прокомментировал Виталий Манжос. — Поэтому риск ускорения инфляции для России намного выше, чем для западных стран. В то же время основным источником поступления иностранной валюты в страну является экспорт углеводородов и другого минерального сырья. Поэтому перспективы отечественной экономики также в решающей степени связаны с ценами на сырьевые товары, которые могут повыситься лишь при условии возобновления роста экономики мировой».     

Со своими проблемами наедине

И все же говорить о стагфляции в России пока рано, считает Евгений Миронюк. Хотя ЦБ РФ и ожидает ускорения инфляции до диапазона 3,8–4,8 % к концу 2020 года, но в дальнейшем ее темпы должны стабилизироваться. В самом Центробанке считают нереализуемым сценарий стагфляции в России. Об этом еще в апреле текущего года заявляла глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина. По ее словам, Центральный банк ведет политику инфляционного таргетирования и не собирается от нее отказываться. Поэтому в ЦБ РФ не видят рисков стагфляции. Эльвира Набиуллина ранее также отмечала, что российская экономика в этом году снизится на 4–6 %. Уровень инфляции, по прогнозу ЦБ, в 2020 году составит 3,8–4,8 %, а в дальнейшем стабилизируется вблизи целевых 4 %.

При попытке предотвратить стагфляцию правительство будет вынуждено «плясать меж двух огней», отмечает Виталий Манжос. С одной стороны, ограничивать темпы прироста денежной массы в стране. Но оборотной стороной этого становится сокращение платежеспособного спроса населения и между предприятиями. Плюс добавляются проблемы с обслуживанием долгов, что нарушает устойчивость финансового сектора. Логичным исходом и выходом из складывающейся ситуации, по мнению собеседника «ДГ. Юг», может стать достаточно резкая и сильная девальвация рубля. Такое уже неоднократно случалось в новейшей истории России. Вслед за периодом резкого ускорения темпов инфляции последует ее замедление. В то же время экспортирующие компании лишь выиграют от ослабления курса отечественной валюты. Рост стоимости импортных товаров поддержит выжившие конкурентные производства в стране. Свою позитивную роль может сыграть и разумный рост государственных расходов. 

«В нынешних реалиях угроза стагфляции становится всего лишь дополнительным негативным фактором для бизнеса любой величины, — констатировал менеджер «Алго Капитал». — Государство традиционно постарается удержать от краха крупные, социально значимые предприятия. Мелкий бизнес в нашей стране и без того привык пытаться выживать и приспосабливаться при любых условиях. В этом плане малая величина компаний позволяет им проявлять относительную гибкость. Ну а представители среднего бизнеса останутся наедине со своими проблемами».

Боитесь инфляции — ищите новые ниши

Собственникам бизнеса, которые опасаются инфляции, Евгений Миронюк рекомендует максимально диверсифицировать накопленные средства, озаботиться возможностью взять кредит по рекордно низким ставкам, возможно, пересмотреть структуру бизнеса и найти новые ниши.

Александр Полиди в такой ситуации рекомендует предпринимателям использовать две бизнес-модели: массовую и ценностную. В первом случае бизнес будет способен сокращать издержки и расширять свое присутствие на рынке хотя бы потому, что его конкуренты по объективным и субъективным причинам банкротятся. Такие бизнесы однозначно окажутся в выигрыше в трудный период и смогут пройти его даже с хорошими показателями роста — сыграет эффект экономии на масштабе. Вторая модель хорошо работает в премиальном сегменте, среди состоятельных клиентов, весьма требовательных к ценностным характеристикам. Спрос среди таких клиентов сокращается гораздо меньше и медленнее, плюс есть возможности дополнительной кастомизации. Если же бизнес работает в среднем сегменте, то, по мнению Александра Полиди, обрекает себя на все «прелести» стагнации и вынужден будет нести издержки, которые невозможно окупить растущими объемами.  

Универсальных рецептов для бизнеса в такой ситуации нет, считает Виталий Манжос. Каждой компании надо будет находить свой способ выживания на слабом или даже сокращающемся рынке. В качестве первой стандартной меры предполагается сокращение расходов. При наличии у предприятия кредитов необходимо оценить возможность их дальнейшего обслуживания и в случае необходимости принять меры. Продолжение деятельности в условиях экономического спада предполагает поиск возможностей для понижения цен на продукцию и услуги. По-настоящему прорывным шагом для компании может стать выход на новые рынки. Например, Ирбитский мотоциклетный завод уже в течение многих лет концентрируется на продаже своей продукции на премиальные рынки США, ЕС, Канады и других стран. Понятно, что объемы производства мотоциклов далеко не те, что были в советское время. Но компания сумела сохраниться и даже развивается. Так, в мае 2020 года покупателям из США была представлена электрическая версия мотоцикла «Урал».

И речь может идти не только о производстве. В российской экономике существует и экспорт услуг. Например, программисты из России вполне способны успешно конкурировать на мировом рынке, уверен собеседник «ДГ. Юг».

Есть повод для пессимизма

У властей довольно много рычагов для фискальных стимулов. После окончания пандемии наиболее вероятным сценарием будет рост мировой экономики, считает Андрей Ушаков.

Александр Полиди полагает, что не стоит все списывать на пандемию. В России экономическая стагнация длится уже около десяти лет и имеет глубокие корни как в экономической, так и в политической сфере. При этом Центральный банк смог победить высокую инфляцию, и уровень в 4 % вполне приемлем для инвесторов. Но именно пандемия, по мнению Александра Полиди, «отрезвила» российские власти. В последние месяцы стали предприниматься реальные шаги по ослаблению избыточного регулирования и реализации регуляторной гильотины — этого ждали как минимум лет десять. 

Однако спрогнозировать, как на самом деле будет развиваться ситуация в ближайшей перспективе, сложно. Как отмечает главный экономист Альфа-Банка Наталия Орлова, данные по экономике за август оказались слабыми по всему спектру статистики. Во-первых, оборот розничной торговли снизился на 2,7 % г/г, тогда как ожидалось, что закрытие внешних границ будет способствовать более быстрому восстановлению внутреннего спроса. Во-вторых, несмотря на восстановление экономической активности, уровень безработицы продолжал расти и достиг 6,4 % в августе. В-третьих, выпуск продукции в обрабатывающей промышленности снизился на 4,1 % г/г в августе после спада всего на 3,3 % г/г в июле. 

Кроме того, ЦБ РФ ужесточил риторику, а проект бюджета на 2021 год не поддерживает рост. Если ранее ожидалось, что ЦБ сможет понизить ставку до 3,75 % до конца этого года, то сейчас ее понижение даже до 4 % не выглядит гарантированным, отметила Наталия Орлова. Правительство представило проект бюджета на 2021 год, в котором оно не только планирует сократить номинальный уровень расходов федерального бюджета (с 22–24 трлн рублей в этом году до 21,5 трлн рублей — в следующем), но и предлагает ряд мер, направленных на повышение налоговой нагрузки. В том числе предполагаемое повышение НДПИ в металлургическом секторе. Учитывая статистику за август и смещение вектора экономической политики в последний месяц, Наталия Орлова считает перспективы восстановления роста пессимистичными.   

Дмитрий Райв

Елена Забелина, ведущая финансовых игр

Консультант по финансам Елена Забелина рассказала сайту «Деловая газета.Юг» о том, как она решила применять в своей работе настольные игры, каким образом они помогают повысить фин...

Смотреть видеосюжет онлайн

Пожалуйста подождите, идет обновление страницы