Аграрии Краснодарского края и Ростовской области в 2026 году столкнулись с серией рисков, связанных с выращиванием и сбытом продукции, выровнять которые стремятся господдержкой. Так, на Кубани на закупку зерна для поддержки фермеров и малых предприятий из краевого бюджета планируют направить 5 млрд рублей, а аграрии Дона получат более 5 млрд рублей на обслуживание текущих запасов сельхозпродукции в интервенционном фонде РФ. Помимо этого, в разработке — дополнительные меры господдержки, в том числе льготный лизинг и интервенции.
Однако для того, чтобы непредвиденные ситуации не становились переломными, растениеводы могут посмотреть в сторону диверсификации бизнеса, направив часть сил на пищепром. Согласно статистике, он в 2026 году демонстрирует рост прибыли на 16,3%. «Деловая газета. Юг» узнала у экспертов, аграриев и представителей пищепрома, почему растениеводам выгодно перерабатывать собственное сырье, где искать каналы сбыта и какие ниши остаются открытыми для новых игроков.
Не прихоть, а выход
По данным Росстата, в первом полугодии 2026-го в России наблюдается значительное снижение доли прибыльных хозяйств в ключевых отраслях сельского хозяйства — растениеводстве и животноводстве. На июнь 2026 года этот показатель составил 71,5%, что на 8 п. п. ниже, чем в аналогичном периоде прошлого года, когда он достигал 79,5%.
Прибыльность агробизнеса значительно снизилась на фоне приостановки экспорта через порты Азово-Черноморского бассейна и удешевления стоимости зерна, считает председатель ассоциации «Народный фермер Ростовской области», директор ООО «Багаевское» Михаил Сидякин.
«Средняя цена реализации зерна на сегодняшний день колеблется в районе 8 рублей за 1 тонну, при этом себестоимость — 11 рублей за тонну. В результате растениеводческие предприятия несут около 20–25% убытков», — сказал Сидякин.
Экономить на оплате труда, агротехнике и внесении удобрений, чтобы выровнять экономику, фермеры не могут, подчеркнул председатель ассоциации «Народный фермер Ростовской области». В противном случае это может ударить не только по прибыльности, но и по самой работе хозяйства.
Наибольшую часть потенциальной выручки аграрии нередко теряют не в процессе выращивания, а после уборки урожая и при продаже сырья, подчеркнула старший преподаватель кафедры экономики предприятия, регионального и кадрового менеджмента КубГУ Надежда Кольцова. Так, решить вопрос рентабельности может переработка сырья, которая обеспечит более высокую добавленную стоимость.
«Если продукция не очищена, не просушена, не отсортирована, не откалибрована, не охлаждена или не упакована, она продается с дисконтом либо портится. Особенно это касается овощей, фруктов, ягод, картофеля, молока и другой скоропортящейся продукции. Кроме того, при продаже сырья значительная часть добавленной стоимости уходит переработчику, трейдеру, оптовому посреднику или розничному продавцу. Фермер выращивает продукт, но доход от переработки, фасовки, хранения и конечной продажи нередко получают другие участники цепочки», — сказала Кольцова.
Этот вывод подтверждает и статистика: по данным Росстата, производители пищевых продуктов показали положительные результаты по итогам первого полугодия. Прибыль в этой категории увеличилась на 16,3%, составив 404,2 млрд рублей, а убыток снизился на 29,4% — до 51,1 млрд рублей. Сальдированный результат увеличился на 28,3% — до 353,1 млрд рублей. Производители напитков также продемонстрировали рост прибыли на 33,8%.
Так, вместо продажи молока, зерна, овощей или ягод в сыром виде производитель может выпускать продукт с более высокой потребительской ценностью — сыр, йогурт, крупу, хлеб, соки, вино, говорит преподаватель кафедры экономики предприятия, регионального и кадрового менеджмента КубГУ.
«Это позволяет увеличить выручку с единицы сырья, снизить зависимость от одного покупателя, сгладить сезонные колебания цен и сформировать более предсказуемый денежный поток», — отметила Надежда Кольцова.
Три столпа производства
Для того чтобы избежать возможных рисков, перед стартом производства аграрию необходимо оценить несколько аспектов. Первый — выбор конечной продукции, который будет зависеть от затоваренности рынка, возможностей предприятия и рациональности.
Как отмечает Надежда Кольцова, молоко целесообразно перерабатывать, если хозяйство способно обеспечивать стабильное качество и объемы. В этом случае имеет смысл производить творог, сыр, йогурт, масло или питьевые молочные продукты. Овощи и фрукты, по словам эксперта, часто выгодно направлять на мойку, сортировку, калибровку, фасовку, сушку и заморозку, а также на производство соков, пюре и консервов, особенно если часть урожая не подходит для продажи в свежем виде.
По оценке президента ассоциации предприятий глубокой переработки зерна «Союзкрахмал» Олега Радина, из кукурузы предприниматели могут получать крахмал и другие ингредиенты, причем направление остается нишевым.
«Наша отрасль пока является нишевой: мы перерабатываем около 2,5 млн тонн кукурузы и пшеницы в год. Основу составляют крахмало-паточные производства, ориентированные преимущественно на кукурузу, из которой проще получать крахмал и крахмалопродукты. Сейчас реализуется несколько проектов по переработке гороха в изоляты, клетчатку и другие продукты. Мы рассчитываем, что к 2030 году таких предприятий будет четыре. В целом мы представляем небольшую отрасль, но рассчитываем на рост», — рассказал Радин.
Второй аспект — масштаб производства. Чтобы предприятие было рентабельным, его мощность должна составлять не менее 400 тонн переработки зерна в сутки, а лучше — 600 тонн и более, считает президент ассоциации предприятий глубокой переработки зерна «Союзкрахмал».
«Предприятия мощностью 100–150 тонн в сутки обычно имеют более узкую продуктовую линейку и часто выпускают только нативный крахмал. Однако при нынешней низкой маржинальности такого продукта обеспечить рентабельность сложно. Экономика крахмального производства строится на реализации всего спектра продукции и побочных продуктов. Здесь мы выступаем за создание практически безотходных производств полного цикла, которые будут выпускать сразу несколько видов продукции», — подчеркнул он.
Третий аспект — поиск рынка сбыта и партнеров. Председатель ассоциации «Народный фермер Ростовской области» Михаил Сидякин рассказал, что в 2025 году запустил линию гранулирования кормов для животных и птиц, однако предприятие столкнулось с трудностью поиска контрагента.
«На любом рынке есть конкуренция и устоявшиеся бренды, но главное — найти конкретную аудиторию. Для этого не стоит специализироваться на узких продуктах. К примеру, вместо конкретного комбикорма можно производить корма для кошек и собак, кроликов и шиншилл, попугаев и хомяков. Это уже более широкий рынок, где большее количество потребителей», — сказал Сидякин.
В целом, как отметила старший преподаватель кафедры экономики предприятия, регионального и кадрового менеджмента КубГУ Анастасия Островская, для малых хозяйств Юга наиболее разумна постепенная стратегия: сначала сократить потери и улучшить товарный вид продукции, затем освоить переработку одного востребованного продукта. Уже после подтверждения спроса стоит переходить к более масштабному производству.
Оценка возможностей
Для перехода от производства сырья к переработке хозяйству требуются рабочее и современное оборудование, помещения, а также линии приемки, мойки, измельчения, термообработки, охлаждения, фасовки и хранения, отмечает Надежда Кольцова. Также необходимо оборудовать коммуникации, нанять специалистов, оформить ветеринарные и санитарные документы, декларации, настроить прослеживаемость и систему маркировки.
Для создания такой системы предпринимателю необходимо рассчитать объем инвестиций. По словам президента ассоциации предприятий глубокой переработки зерна «Союзкрахмал» Олега Радина, стоимость будет зависеть прежде всего от вида сырья и мощности предприятия.
«Проекты по переработке пшеницы, как правило, дороже, поскольку требуют дополнительного мельничного оборудования. Кукурузные заводы обходятся несколько дешевле. При этом точно оценить стоимость проекта на начальном этапе сложно. Из-за санкций, замены поставщиков и подрядчиков первоначальные сметы нередко значительно увеличиваются. Например, проект, изначально оцененный в 2 млрд рублей, может подорожать до 3 млрд. Аналогичная ситуация возникала и с проектами глубокой переработки гороха, стоимость которых также превышала первоначальные оценки», — сказал Радин.
Не менее важно оценить и окупаемость. Председатель ассоциации «Народный фермер Ростовской области» отметил, что если проект по переработке собственной сельскохозяйственной продукции будет достаточно масштабным и позволит не только работать на внутреннем рынке, но и выходить на экспорт, то он может окупиться в течение пяти лет.
Однако создавать многомиллиардное производство неподъемно для МСП, и поэтому более разумный путь начинается с первичной доработки: сортировки, мойки, калибровки, охлаждения, сушки, фасовки и упаковки, считает старший преподаватель кафедры экономики предприятия, регионального и кадрового менеджмента КубГУ Анастасия Островская. По ее словам, это позволяет хозяйствам запустить мощности по выпуску высокомаржинальной продукции. Решить данную задачу наиболее эффективно позволяет кооперация: объединение ресурсов дает малым предприятиям доступ к необходимому оборудованию и каналам сбыта.
Вместе проще
Если поодиночке фермеры должны строить собственные линии переработки, то кооперативная модель позволяет нескольким аграриям совместно приобретать оборудование, арендовать или строить цех, содержать лабораторию, склад и поддерживать общий бренд, говорит Анастасия Островская.
«Это снижает индивидуальную инвестиционную нагрузку и дает доступ к более крупным объемам, профессиональным кадрам и устойчивым каналам сбыта», — подчеркнула старший преподаватель кафедры экономики предприятия, регионального и кадрового менеджмента КубГУ.
Эффективность кооперации подтверждает глава крестьянско-фермерского хозяйства, председатель союза «Народный фермер Сочи» и растениеводческого кооператива «Черноморье» Александр Стороженко. По его словам, кооперация позволяет развивать хозяйство, обмениваться опытом и создавать то, что одному фермеру не под силу.
«Сегодня это особенно важно, поскольку малым хозяйствам сложно конкурировать с агрохолдингами. Кооперация позволяет объединить ресурсы и создать крупное производство. Например, в Тюмени небольшие хозяйства объединились и смогли занять сильные позиции на рынке, в том числе при поддержке государства. В Сочи также есть положительный опыт в части сбыта продукции, создания производств и развития переработки», — отметил Стороженко.
Кооператив также позволяет посмотреть на вопрос пищепрома с другой стороны, снижая необходимость создания собственного производства.
«Особенно перспективна долгосрочная контрактная модель между аграрием и переработчиком. Фермер поставляет сырье высшего качества, а переработчик обеспечивает технологию, фасовку, сертификацию, логистику и сбыт готовой продукции. В результате сельхозпроизводитель получает более предсказуемую цену и возможность участвовать в добавленной стоимости, не вкладываясь в собственное производство. Возможны и совместные бренды или совместные линии фасовки — именно такие форматы позволяют малым и средним хозяйствам конкурировать с крупными игроками, не теряя самостоятельности», — отметила Анастасия Островская.
Вглубь переработки
Будущее аграриев Юга — за глубокой переработкой сырья, уверен председатель ассоциации «Народный фермер Ростовской области», директор ООО «Багаевское» Михаил Сидякин.
«Торговля сырьем уже отходит на второй план, и в будущем этот тренд будет усиливаться. Впереди — создание производств полного цикла, продукцию которых сразу можно переносить на полки магазинов», — сказал Сидякин.
Президент ассоциации предприятий глубокой переработки зерна «Союзкрахмал» также видит потенциал в глубокой переработке, поскольку внутренний рынок ингредиентов далек от наполнения.
«В России глубокая переработка зерна пока развита слабо, особенно если сравнивать с Китаем. Более 90% ингредиентов мы импортируем, хотя могли бы производить их внутри страны, создавать добавленную стоимость и экспортировать готовую продукцию вместо сырья. Если посмотреть на технический регламент о безопасности пищевых добавок и ингредиентов, можно увидеть порядка 2 тыс. различных ингредиентов, и многие из них можно производить методом глубокой переработки зерна. Только из крахмала можно получить около 70 видов пищевых ингредиентов», — отметил Олег Радин.
При этом сфера применения таких продуктов гораздо шире пищевой промышленности. Например, из кукурузы выделяют крахмал, а затем получают глюкозу, которую можно использовать как питательную среду для различных штаммов микроорганизмов, в дальнейшем выделяя органические кислоты, аминокислоты, витамины, ферменты и другие биотехнологические продукты. Возможности такой переработки огромны, подчеркивает Радин.
